Красная палатка

Этот фильм стал последней режиссёрской работой Михаила Константиновича Калатозова.

По словам Зацепина, в международную версию фильма его музыка не вошла потому, что в тот момент, когда итальянский продюсер затребовал запись музыки, она ещё не была готова (студия занималась монтажом фильма), и, подождав две недели, продюсер заявил, что он «теряет в деньгах» и вынужден утвердить версию с музыкой Морриконе.

По крайней мере четверо непосредственных участников событий и героев фильма были живы к моменту выхода фильма на экраны: У. Нобиле (штурман дирижабля), А. Вильери (советский полярный летчик), Б. Г. Чухновский и профессор Ф. Бегоунек. Нобиле присутствовал на премьере в Риме.

«Красная палатка» — первый совместный с СССР фильм, финансировавшийся западной стороной.

Возраст ряда актёров существенно отличался от возраста тех, кого они сыграли: 39-летний Коннери сыграл 55-летнего Амундсена, 53-летний Финч сыграл 43-летнего (в 1928 году) и 83-летнего (сорок лет спустя) Нобиле, 41-летний Крюгер сыграл 32-летнего Лундборга, 39-летний Вануччи сыграл 32-летнего Цаппи.

Песню «На снегу стоит палатка, парапонци-понци-по…» (её поют аэронавты на льдине, чтобы не сойти с ума от отчаяния) сочинил Юрий Визбор на мотив очень известной в Италии и крайне неприличной песенки. Есть и второй, пародийно-фривольный вариант песенки, также авторства Визбора.

Во время натурных съёмок в бухте Тихая разломилась льдина, на которой находилась декорация лагеря Нобиле. Людей срочно эвакуировали. Другую подходящую льдину отнесло ветром от берега; артистов доставили туда вертолётом. В это время резко испортилась погода, и второй рейс вертолёта, который должен был доставить операторскую группу, задержался. Артисты провели полтора часа в изоляции на льдине с «красной палаткой», из припасов имея только одну ириску, обнаруженную в кармане у Юрия Соломина.

Приезд Шона Коннери на съемки «Красной палатки» в СССР стал темой шуточной песни Владимира Высоцкого «Песня про Джеймса Бонда, агента 007».