Грязная дюжина

Экранизация романа Е. М. Натансона.

В одной сцене требовалось, чтобы герой Ли Марвина вёл машину, а рядом на переднем сиденье находился бы персонаж Чарльза Бронсона. Всё уже было готово к съёмке, отсутствовал только Марвин. Его в конце концов отыскали в кабаке в центре Лондона, отвезли на студию и накачали кофе, чтобы он пришёл в себя. Когда на съёмочной площадке Марвин буквально выпал из машины, Бронсон воскликнул: «Твою же мать, Ли, да я тебя просто убью!».

По сценарию в одной из сцен должен был играть Клинт Уокер, но, видя его отрицательное отношение к этой сцене, режиссёр Роберт Олдрич распорядился изменить сценарий, чтобы в этой сцене играл персонаж Дональда Сазерленда. Именно из-за того, как Сазерленд сыграл в этой сцене, его взяли в актёрский состав военной драмы Роберта Олтмена «Военно-полевой госпиталь», что в итоге и сделало его знаменитым.

Работа над фильмом затянулась так надолго, что Джим Браун начал опасаться, что не попадёт на тренировочные сборы перед началом футбольного сезона 1965-1966 гг. Со временем руководство НФЛ стало угрожать Брауну штрафом и отстранением, если он немедленно не уедет со съёмок и не объявится в тренировочном лагере. Браун созвал пресс-конференцию и объявил о завершении футбольной карьеры, хотя в те годы он считался одним из лучших игроков.

Однажды на приёме в Лондоне Ли Марвин так напился, что сделал непристойное предложение женщине старше его, причём в крайне вульгарной манере. Так как он говорил нечленораздельно, она вежливо попросила его повторить, что он и сделал. Женщина оказалась тётей Шона Коннери, который и сам на этом приёме присутствовал. Он как раз шёл в направлении того места, где находился Марвин, когда его остановил продюсер Кеннет Хайман со словами: «Шон, только не бей его по лицу, ему утром сниматься крупным планом». Коннери, когда ему объяснили, что к чему, только расхохотался и отпустил какую-то шутку в адрес всех продюсеров в принципе.