На Западном фронте без перемен

В 1990 году лента была включёна в Национальный реестр фильмов США.

Это был первый звуковой фильм, использующий гигантский передвижной кран с камерой, в частности для съёмок реалистичных батальных сцен, и один из первых звуковых фильмов, в котором широко использовались подвижные кинокамеры.

Выпущенный первоначально в 140-минутной версии, фильм в дальнейшем сокращался до 110 и даже 90 минут. В 1939 году была выпущена версия со специальной антинацистской вставкой.

В фильме очень детально показаны смерть и потеря конечностей, так что его можно считать очень даже жёстким для своего времени. Дело в том, что т.н. кодекс Хейса стал неофициальным, но действующим стандартом нравственной цензуры в американском кинематографе только в 1934 году (принят он был в 1930-м году и назван по имени политика-республиканца, возглавлявшего в 1922-1945 гг. Ассоциацию производителей и прокатчиков фильмов, ныне – Американскую ассоциацию кинокомпаний). Кроме того, кинокомпания Universal Pictures посчитала тему фильма достаточно важной, чтобы позволить показ на экране сцен насилия. Сцену с солдатом, который хватается за колючую проволоку, но в этот момент звучит взрыв артиллерийского снаряда, и от солдата остаются только держащиеся за колючую проволоку руки, подсказал режиссёру и сценаристу Льюису Майлстоуну бывший солдат германской армии. Он был на съёмках чернорабочим, а в своё время во время атаки французов на германские траншеи видел подобное собственными глазами. Майлстоун решил вставить эту сцену в фильм.

Министр внутренних дел нацистской Германии Вильгельм Фрик (1877-1946) запретил фильм на том основании, что он якобы выставляет всех немцев трусами. По иронии судьбы в соседней Польше этот же фильм объявили вне закона как исключительно «прогерманский».

Пронацистские провокаторы пытались сорвать показ фильма в Германии, нередко выпуская в залы кинотеатров заранее пойманных крыс или газ из бомб-вонючек, т.к. горечь поражения в I Мировой войне была ещё свежа. В конце концов нацисты фильм просто запретили. К его показу в Германии вернулись только в 1956 году, хотя сразу после выхода фильм собирал полные залы зрителей в соседних Швейцарии, Франции и Нидерландах. Для желающих увидеть этот фильм немцев в этих странах были даже организованы специальные перевозки до ближайшего кинотеатра поездами и автобусами.

Ставший знаменитым финальный кадр фильма сняли в процессе монтажа. Никого из актёров на съёмочной площадке уже не было, поэтому в кадре видна рука самого режиссёра и сценариста Льюиса Майлстоуна.

В фильме было задействовано порядка 2 000 актёров массовки. Многие из них были немцами, а конкретнее – бывшими солдатами германской армии, которые эмигрировали в США после I Мировой войны.

Льюис Майлстоун отдал распоряжение выяснить, проживают ли в окрестностях Лос-Анджелеса эмигрировавшие по окончании I Мировой войны ветераны германской армии, чтобы они верифицировали показанную в фильме форму германской армии, снаряжение и т.п. – в целях достоверности. Ветеранов оказалось так много, что Майлстоун взял некоторых из них на роли офицеров германской армии, командовавших актёрами массовки, занятых в ролях солдат германской же армии. В сцене, в которой в траншеи на переднем крае тянут связь, сыграл бывший солдат германской армии, который в своё время служил связистом.

Режиссёр и сценарист Льюис Майлстоун был буквально помешан на достоверности и внимании к мельчайшим деталям, так что однажды даже пришлось прервать съёмки, пока главный санитарный инспектор соответствующего округа в штате Калифорния не проверил состояние вырытых для съёмок траншей на предмет их соответствия санитарным нормам.

В фильме в амплуа работавшего с актёрами лингвиста был задействован Джордж Кьюкор, который не так давно был успешным театральным постановщиком на Бродвее, и которому только предстояло стать знаменитым кинорежиссёром. В его обязанности входило сглаживание региональных диалектов занятых в фильме актёров, чтобы американскому зрителю было проще ассоциировать их с персонажами.

На роль, которую в итоге сыграла Берил Мерсер, поначалу взяли было Сейзу Питтс, однако она в основном ассоциировалась у зрителей с комическими ролями и персонажами, так что публика на предпросмотрах при её появлении на экране начинала заранее хихикать, и все сцены с её персонажем пересняли с Мерсер.