Человек-амфибия

Прежде чем подать заявку на экранизацию, Владимир Чеботарев и оператор Эдуард Розовский обратились за консультацией к подводникам, к чемпиону СССР по подводному плаванию Рэму Стукалову и другим специалистам. Вывод оказался обнадёживающим: снять фильм будет очень трудно, но возможно. Заявка была подана, однако сценарий утвердили с большим трудом, поскольку многие работники студии считали подобную затею полнейшей авантюрой. Точно так же думали и американцы. Когда это известие дошло до них, в газете Нью-Йорк таймс появилась статья, в которой подняли на смех будущих создателей фильма, предрекая им «полный провал». В публикации отмечалось, что «сам Уолт Дисней отказался от экранизации беляевского романа из-за сложности подводных съёмок, а русские, которые работают на допотопной технике, решили бросить вызов судьбе».

Владимир Коренев учился на последнем курсе ГИТИСа, когда из Ленинграда в Москву приехал ассистент по актерам подыскивать исполнителя на главную роль для «Человека-амфибии». Режиссёру В. Чеботареву нужен был на роль Ихтиандра артист, которого никто не знает. На главную женскую роль выбрали 16-летнюю Настю Вертинскую (она уже была звездой после роли Ассоль в «Алых парусах»). Как позже говорил режиссёр — ему нужен был парень, у которого в глазах море, и девушка, у которой в глазах небо.

Изначально фильм хотели снимать в Саргассовом море, богатом флорой и фауной. Но из-за недостатка финансов пришлось удовлетвориться Крымом и Чёрным морем, очень скудным в плане живности. И тогда главный оператор Эдуард Розовский придумал сделать большой аквариум в форме раструба, посадить туда редких рыб и закрепить перед подводной камерой.

Часть съёмок проведена в крымском посёлке Кастрополь и под склоном скалы Ифигения. Сцены заграничного портового города — по книге Буэнос-Айреса — снимали в Баку (позже в этом районе Баку, в фильме «Бриллиантовая рука», снимут сцены другого заграничного портового города — Стамбула).

Был один опасный эпизод во время съёмок фильма — сцена, когда Ихтиандра прячут от Сальватора под водой, привязав его к якорю. Эпизод снимался на глубине 20 метров, в паузе Кореневу дают загубник акваланга, а тот не срабатывает. Находившийся рядом Рэм Стукалов сбрасывает свой акваланг и отдаёт его актёру, а сам без остановок всплывает. О том, что у Стукалова в итоге развилась кессонная болезнь, Кореневу сказали только после окончания съёмок. Впрочем, по воспоминаниям оператора Э. Розовского, который и снимал этот эпизод, всё было не совсем так. «Всё хотелось сделать в лучшем виде — без подвохов и обмана. Некоторые опасные и рискованные вещи проверяли на себе. Прежде чем привязать артиста к якорю и бросить на глубину 18—20 метров, мы вдвоем с Владленом Кебкало, не привязываясь, обхватили огромное веретено якоря, который по команде бросили в воду. На глубине около 5 метров нас оторвало от якоря и в полуоглушенном (от грохота цепи) состоянии выбросило наверх. Мы поняли, что Бог миловал. Поэтому к якорю привязали манекен, одетый „под Ихтиандра“, а когда он упал на дно и поднял клубы ила, сняли другой кадр — с привязанным Володей Кореневым. А вокруг были аквалангисты с запасными аквалангами, чтобы Ихтиандр мог дышать под водой. Вот так снимался этот эпизод. А легенды пусть остаются легендами».

В сцене нападения акулы на Гуттиэре Анастасие Вертинской, которая снималась без дублёрши, пришлось исполнить сложный трюк, когда героиня с поверхности воды медленно опускается на дно, и там её подбирает Ихтиандр.

Консультантами первого отечественного полнометражного художественного фильма, снятого под водой в натурных условиях, были сотрудник Ленинградского института физической культуры имени П. Ф. Лесгафта, аквалангист Владлен Кебкало и первый чемпион СССР по подводному спорту, инженер Рэм Стукалов.

Анастасия Вертинская вначале не умела плавать. В итоге в подводных съёмках дублёрша лишь страховала её и первой проходила маршруты.

Для костюма Ихтиандра нужна была ткань, которая была бы достаточно плотной и не растягивалась в воде. После долгих поисков остановились на той, из которой шили плотные женские колготки. Для изготовления чешуек использовали старую белую киноплёнку. Всего было вырублено 10 000 штук, которых хватило на четыре костюма. Они были покрашены водостойкой перламутровой краской, вручную поодиночке нашиты на комбинезоны.

Сцены с просвечивающим купальником 17-летней Анастасии Вертинской являются одними из первых эротических сцен в советском кино.

«Песню бродячего певца» («Уходит рыбак в свой опасный путь») исполнил Артур Почиковский — солист Ленинградского Малого оперного театра.

Песню «Эй, моряк, ты слишком много плавал…» написал молодой ленинградский композитор Андрей Петров. Исполнила эту песню джаз-певица Нонна Суханова. Саму певицу в кафе-шантане, где звучит эта песня, сыграла модная тогда манекенщица Нина Большакова.